День Рождения все же случался не так часто, как обращение Ремуса в волка (Marlene McKinnon)

лучший пост

эпизод

пара

активисты

весна 1979-го. Лондон.

Новая власть - новые горизонты? Министр отправлен в отставку, не оправдав ожиданий ни аристократии, ни простых волшебников. На его место пришел новый глава Министерства - Абраксас Малфой. Власть в магической Британии практически полностью в руках Пожирателей смерти, пусть и не официально. А представители Ордена направляют все свои возможности в русло борьбы с последователями Темного Лорда. А в это время простые волшебники работают, строят планы, влюбляются и мечтают. Разве что все это невозможно без учета политической обстановки и смутного ощущения все более близкой угрозы.

администрация

Marauders. Via Dolorosa

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marauders. Via Dolorosa » НЕПРЕЛОЖНЫЙ ОБЕТ » Saving Lives


Saving Lives

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Saving Lives


https://a.radikal.ru/a12/1803/85/74db90334988.jpg

17-18 марта 1979 г. (ночь и утро)

Госпиталь им. Мунго

Пострадавшие при нападении на "Дырявый котел" стали поступать в Мунго ближе к вечеру 17 марта 1979 года. Сначала целителям казалось, что это рядовой случай, но с наступлением ночи стало ясно, что придется поработать сверхурочно. Пациентов становилось все больше, а вскоре подтянулись и их родственники и близкие, жаждущие не только повидаться с пострадавшими, но и выспросить у целителей все, что только можно, касаемо произошедшего. Да только это было лишь полбеды. Настоящим испытанием для колдомедиков стало появление представителей Министерства, если еще точнее, Аврората, желающих прямо здесь и сейчас провести допрос всех, кто в состоянии хотя бы осознанно моргать. Блюстителей закона понять можно, они жаждут раскрыть преступление по горячим следам, тем более единственный выживший из нападавших все щее находится в стенах госпиталя.

Очередность: Elysse Selwyn, Ethan Selwyn, Evan Rosier, Charlotte Bagnold, Morton Crane
Сроки: три дня на пост

0

2

Сова с сухой запиской из Мунго появилась в окне неожиданно. Жалкий огрызок бумаги с болезненным лимонным оттенком, дежурные фразы, написанные выверенным почерком какого-нибудь секретаря. Интересно, остаются ли какие-то чувства у тех, чьей работой является поставленная на поток ежедневная доставка горя? Или это становится такой же рутинной процедурой, как, например, расчесаться по утру?

И почему ее оповестили именно в такое время? В последнее время Элис все чаще клевала носом целыми днями, ночами испытывала прилив энергии и засыпала только лишь к рассвету, а потому наскоро собраться, когда только хотела лечь, было не так-то просто. Честно сказать, Элис не слишком-то озаботилась внешним видом. Еще бы – когда в дом среди ночи приходит известие о ранении некоего «мистера Селвина», копаться и проверять, лежит ли волосок к волоску в прическе не станешь. Что же случилось? И кто попал в беду – брат или папа? Отец много работал в последнее время, но «поступил раненным»… Едва ли он ввязался бы в какую-то передрягу. Но и на брата это не похоже…

Дома царила странная тишина. Очевидно, несмотря на ранний – или поздний? – час, никого не было. А если с ними со всеми что-то случилось? Нет, только не сейчас, когда семья – ее последняя надежда, последний оплот. Времени выяснять, кто дома, а кто нет, не было. Элис оставила записку на кофейном столике в гостиной и вышла из дома. Шел мелкий дождь, и сильный ветер разносил ледяные капельки, делая прическу и одежду еще более неопрятными. Вовремя спохватившись, Элис вернулась в дом и зачерпнула горстку летучего пороха.

― Клиника святого Мунго! ― как можно отчетливее выговорила она и уже через пару секунд выпала из общественного камина в больничном холле.

В больнице было как никогда многолюдно. Привет-ведьму со всех сторон окружали взволнованные волшебники. Очевидно, их неприятные вести тоже застали врасплох: пожилой мужчина с пушистой гривой седых волос надел мантию прямо на пижаму, из-под штанин которой выглядывали мягкие тапки, пышная дама в волшебных бигуди размахивала руками, зажимая в одной позабытый кусочек тоста.

Значит, случилось что-то серьезное. Дождавшись своей очереди, Элис наконец-то подошла к стойке.

― Доброе… утро, ― чуть задумавшись, поприветствовала она измотанную волшебницу с синяками под глазами. Видимо, ЧП в больнице уже не первый час… ― Не будете ли вы так добры подсказать информацию о пациенте? Я получила записку…

― Фамилия? ― рявкнула работница так, что Элис подпрыгнула от неожиданности. В последние дни даже невежливый тон мог вывести ее из равновесия и заставить захныкать, как маленькая девочка.

Она протянула ведьме оповещение из Мунго и послушно прошла в одну из палат.

― Но что произошло? ― спрашивала она, вприпрыжку поспевая за провожатой, но ответа так и не получила.

― Палата в самом конце коридора, найдете, ― процедила ведьма и махнула рукой в темноту, едва разряженную тусклым светом факелов.

Уже протянув руку к дверной ручке, Элис замерла. Что она увидит? И готова ли она к этому? В голову приходило все, что только можно: страшные кровоточащие раны, увечья, даже смерть… Но, слава Мерлину, она не угадала.

Всего лишь Итан с перемотанной какими-то примочками головой и рукой на перевязи. Видимо, в больнице были куда более сложные случаи, раз его не такие уж и серьезные с виду раны временно оставили без внимания. Видимо, до ее прихода он дремал, но теперь сонно продрал глаза.

― Ты, ― растеряно констатировала Элис вместо приветствия. ― Внизу столько народу…

Но как вообще, дракл задери, с ним могло что-то случиться? С ним же не случалось ровным счетом ничего с тех самых пор, как он свалился с дерева лет в двенадцать и ободрал коленку!

― Ты впутался во что-то? ― требовательно спросила Элис.

Нет, конечно, такого быть не могло… Ведь он не единственный пациент больницы. Стало быть, случилось что-то посерьезнее. Но раздражение в ней вдруг вскипело. Сказывался и недосып, и постоянное пребывание в состоянии, близком к нервному срыву… Нужно было успокоиться, но как? Присев на краешек кровати, Элис вспомнила, что брату должно быть хуже, чем ей, не зря ведь он здесь в качестве пациента. И еще непонятно, что с ним могло произойти…

― Как ты? ― уже чуть мягче спросила она, убирая ладонью прядь пропитавшихся примочкой волос с его лба.

Вроде, давно уже взрослый, он все равно почему-то сейчас походил на больного ребенка. Было немного странно находиться так близко к брату, с которым едва ли перемолвилась хоть парой фраз за последние месяцы. Но мать с отцом, видимо, были не в курсе произошедшего, а потому ей придется самой как-то подбодрить несчастного.

― Кто же теперь починит те жуткие часы с кукушкой, от визга которых я просыпаюсь каждые несколько часов? ― улыбнулась она, нерешительно погладив ладошкой перевязанную руку.

+4

3

Итан собрался в мастерскую, чтобы взять очередной заказ на дом. Он помнил, что это один из интересных случаев: сломанная музыкальная шкатулка нуждалась в срочном ремонте. Оан больше не издавала прелестную мелодию, а небольшая фигурка единорога замерла на одном месте, и не думая двигаться. Столь искусно выполненные детали, узоры не смогли оставить волшебника равнодушным.
Накинув пальто, Итан попытался вспомнить, не нужно ли ему заглянуть еще и на официальную работу. Вроде как вся бумажная работа им была сделана, как и краткий отчет о посещении места инцидента. Не вспомнив ничего срочного, Итан решил подумать о возможности заглянуть в Министерство. Уже возле камина, юноша торопливо завязал волосы в хвост, надел фальшивые очки.
— Косой переулок!
Огонь поглотил его, и в следующий миг Итан оказался в совершенно другом камине. Тряхнув головой, чтобы избавиться от пепла, Итан поспешил прочь. Он был не в мантии, как большинство волшебников, поэтому мог привлекать излишнее внимание. Лучше скрыться подобру-поздорову, пока не встретились еще и знакомые лица.
Темное, невзрачное помещение бара. Итану просто нужно было пройти через него, чтобы попасть в Лондон. Кто-то окликнул его. Почти через несколько секунд раздался грохот, крики и вспышки заклинаний. Кто-то ворвался в бар с целью… неизвестной целью, но с решимостью все здесь перевернуть вверх дном. Итан помнил, как схватился за волшебную палочку, как отбил одно заклинание, но другое повредило его руку. Палочка выскользнула из его рук. Вспышка боли, и Итана поглотила темнота. Не слишком приятная.
Приходя в себя, Итан увидел белый потолок. А не слишком все быстро прошло? Ощущение было гадкое, немного мутило, но той страшной боли и жара не было. Рука оказалась перевязана и отдавалась колким непримятым ощущением. Обнаружив повязку на голову, стало ясно, отчего ему так мутит. Впрочем, ощущал себя Итан так мерзко еще по той причине, что его вырубили как младенца.
— А-а-а-а, ненавижу, — скорее простонал, чем проговорил юноша, на миг закрывая глаза.
В такие моменты необходимо было поблагодарить Господа, что он вообще остался жив. Вместо какого-нибудь вырубающего заклинания, в него могли попасть Авадой. Тогда бы он здесь не лежал. Итан старался, но сквозь всю эту благодарность наружу рвалось негодование и смертельная обида. Ведь, получается, он не сможет поработать над той шкатулкой. Да и в магазине сможет показываться, пока понлостью не поправиться.
Вошла медсестра. Что-то ему всучила, проверила состояние и взмахнула волшебной палочкой. Итан мужественно выпил лекарство, стерпел осмотр и вздохнул свободно, когда усталая женщина вышла из палаты. Из-за двери разносились приглушенные голоса, топот ног. Суматоха. Значит, тот инцидент оказался масштабнее, чем изначально думал Итан.
Радовал еще один факт: его не успели переодеть. Он остался почти полностью в своей одежде. Только пальто было аккуратно повешено на вешалку. Рука была не так плоха, как думал Итан. Пострадало только запястье и область выше. Именно она и была хорошенько зафиксирована бинтами.
Тихо хмыкнув, Итан потянулся свободной рукой до графина с водой, неловко налил в стакан. Вода оказалась удивительно прохладной и освежающей. И тут дверь открылась. Итан даже поперхнулся, а затем нахмурился. В дверном проеме Элис сначала застыла, как вкопанная, а затем подошла с таким грозным видом, будто Итан во всем виноват.
— Нет.
Ответ был на удивление кратким. Итан нехотя поставил стакан обратно. Он ожидал увидеть кого-то из родителей, и то считал это маловажным фактом. А тут пришла сестра, что ставило его слегка в неловкое положение.
Легкое касание заставило Итана удивленно приподнять бровь. Промолчал на этот жест, отмечая про себя, что подобного давно между ними не было. С детства?.. Ну и дурочка. Хотя ладно, что еще можно спрашивать у раненых?
— Все хорошо. Это простые физические повреждения.
По крайне успокаивал тот факт, что это заживет быстрее, чем повреждения от магии. Вот уж что могло занять куда больше времени. При своем ответе он тут же закусил губу, все еще читая на лице Элис беспокойство. Порой он не находил слов, чтобы успокоить сестру. [Эту] сестру, которую он знал очень хорошо, и очень плохо. Словно не родная.
— Элис, все хорошо. Ничего страшного, я пострадал не так сильно.
Итан думал недолго, взял сестру за руку и улыбнулся. В эти жесты он старался показать, что все хорошо. Внести хоть как-то спокойствие в произошедшую ситуацию. Сложно, ведь стоило учитывать, в какое темное время они живут. Темный тут и там сеет хаос, Министерство еле двигается, а уж о мирном населении...
Итан покачал головой.
—  Ты не знаешь, что произошло? Я помню только, как кто-то ворвался в «Дырявый котел» и начал без разбору нападать на посетителей, — Итан покосился на дверь, все еще различая голоса. — И нужно спросить, можно ли мне уже уйти. У них и так дел невпроворот, судя по звукам.

+2

4

События в Дырявом котле подняли на уши весь город с самого утра. Казалось бы, что в этом такого? Подумаешь, немного пострадавших, но…
Сегодня ночью Эван оставался на ночном дежурстве. Не то, чтобы он слишком хотел просиживать в штаб-квартире несколько часов впустую, но он знал. Они все знали, что предстоящее нападение на Дырявый котел вызовет большой резонанс и среди мирного населения и среди работников Министерства. Вот наблюдать за тем, что будет происходить в последнем,  Розье и остался.
Он не участвовал в нападении  и был рад этому. В конце концов, доказывать свою преданность Темному Лорду можно совсем иначе, нежели устраивать шествия устрашения мирного населения.
Первые новости прилетели стремительно, а после столь же стремительно посыпались и прочие уведомления – большинство пострадавших начали поступать в больницу Св. Мунго. Значит, в Министерстве делать было больше нечего.
Довольно быстро собравшись и приведя себя в порядок Эван с некоторым недовольством отметил, что отражение в зеркале оставляет желать лучшего. Впрочем, кого это волновало? Взлохматив вьющиеся пряди, молодой мужчина улыбнулся сам себе и отправился к пункту назначения – больнице. Слава тем людям, которые придумали трансгрессию.
Оказавшись неподалеку от входа, Розье огляделся вокруг и, отряхнув мантию от откуда-то взявшейся на ней пыли отправился внутрь. В приемной царил хаос: тут и там сновали люди – обеспокоенные родственники, врачи и медсестры, а также раненные, те, что могли подождать помощи в общей очереди.  Каминная сеть то и дело вспыхивала огнями пламени, впуская в зал все новых и новых посетителей, Эван как раз отвлекся на одного из них в тот момент, когда из соседнего камина несколько неуклюже выпрыгнула его будущая женушка.
Что она тут забыла?
Впрочем, если она оказалась тут, значит, на то были причины. И эти причины могли сыграть на руку Эвану, ведь в первую очередь ему нужно было как-то попасть на этажи с пострадавшими, желательно не остаивая пятки в очередях к приемным сестрам. Главное – не потерять ее в толпе.
- Молодой человек, вы что-то потеряли? – внимание Розье отвлек средних лет волшебник, одетый в форму работника больницы.
- Э… нет, я с ней, это моя невеста… - махнув рукой в сторону скрывшейся в толпе девушки, Эван поспешил уйти от разговора. Спина Элис уже терялась среди множества других волшебников.
Если он ее потеряет, придется придумывать что-то другое. Не то, чтобы это было сложно но…  В конце концов, должна же эта бессмысленная помолвка хоть раз пригодиться?
В конечном итоге все получилось, и, проследовав по полутемному коридору вслед за фигурой Элис, Эван, с некоторым опозданием застал её в одной из палат. Вместе с Итаном. И… на этом моменте Розье совершил свою первую за вечер ошибку. Не промолчал.
- Какая очаровательная сцена… - в его словах снова притаился яд и сарказм, - Я бы умилился, если бы умел это делать.
Главное, чтобы эти двое не начали задавать неудобные вопросы.
До назначенного времени оставалось пятнадцать минут.

+2

5

Так  больно очухавшейся на пыльном полу "Дырявого котла" Шарлотте Бэгнольд не было еще никогда. Голову, казалось, раскалывало на части острым предметом, и от малейшего движения боль только усиливалась. Не хотелось ни шевелиться, ни открывать глаза, ни звать на помощь,  не хотелось даже думать о случившемся и думать просто. Хотелось просто лежать и ждать, когда боль в голове начнет уходить...  И плевать на то, что рядом могли оказаться Пожиратели Смерти, что может стоит поскорее уносить ноги из трактира. Шарлотте было больно, она была совершенно не способна что-либо делать.
Но профессия колдомедика брала свое. Боль уходила по чуть-чуть, и девушка, еще не решаясь открыть глаза, попыталась оценить свое состояние. Кажется, в нее попали каким-то оглушающим, а она неудачно шлепнулась. Но ничего. Это не слишком страшно, но мисс Бэгнольд ясно помнила, как какое-то заклятие попало в спину. Спина, правда, не беспокоила, но сырая водолазка, липнувшая к телу, заставляла серьезно так беспокоиться за здоровье.
Вскоре рядом раздались шаги, заставляя девушку возненавидеть человека, которому они принадлежали. Этот некто проверил пульс, и прежде чем снова провалиться в забытье, Шарлотта услышала до боли знакомый голос Бена Фенвика:
- Еще одна пострадавшая. В Мунго, немедленно!

Вновь пришедшей в себя в госпитале Шарлотте было уже на порядок лучше. Голова не болела, дурноты девушка не испытывала, даже наоборот была бодра и полна сил. Правда, слегка напрягало то, что она лежала на животе...

- Шарлотта, ты как? - голос Бена заставляет открыть глаза и улыбнуться другу, - Хотя можешь не отвечать, я и так знаю. Твоя травма головы - пустяк, а вот со спиной придется повозиться. Темная магия, причем весьма неприятная. Придется полежать недельку.

- Говорила мама, чтобы я не питалась в дешевых трактирах... - девушка пыталась шутить, но ей самой было не до смеха, стало неожиданно понятно, ЧЕМ именно была пропитана ее водолазка. - Бен, у нас аврал, наверное. Быть может, требуется моя помощь...

- Аврал, да, но помощь тяжелораненой девчонки-цеоителя не требуется.  Еще один труп в морг не влезнт. Отдыхай. Сову твоей матери мы уже отправили.

Бен ушел, а Шарлотта с тоской подумала, что встреча с мамой даст фору всем нападениям Пожирателей Смерти, вместе взятвм!  Да и это безделие. Она - колдомедик, и должна помогать тем, кто пострадал в "Дырявом Котле", а не валяться на больничной койке. Черт! А ведь коллегам явно трудно... Если бы только можно было встать... Но девушка ясно понимала, что нельзя. Заклятие, если она не ошибалась, было дейсвительно страшным, и лучше всего не пренебрегать советом целителя.

+2

6

- Да не надо меня трогать, я в порядке! – Николь дернула плечом, всем своим видом давая понять, что помощь ей не требуется. – Повторяю еще раз, уберите руки и помогите тем, кто в этом действительно нуждается. – Бертран вообще не слишком понимала, какого гиппогрифа Барти заставил ее отправиться в Мунго, словно нельзя было оказать помощь дома. И нет, речь сейчас шла вовсе не о Крауче, у того и самого было по горло проблем, но все же с ее травмами вполне могли справиться и домовики, раз уж на то пошло. Костерост никто не отменял, как и его продажу в магических аптеках, но нет, обязательно надо было оказаться в госпитале, среди занудных целителей и раненных посетителей бара.
- Николь Бертран и да, я отказываюсь от помощи. – Не хватало только в палату загреметь, честное слово. И все же на осмотр пришлось согласиться, хотя в этом так же ничего приятного не было. – Осторожнее, пожалуйста. – Запасы вежливости постепенно подходили к концу, ибо терпеть такую навязчивость было практически невыносимо. – Ссадины обрабатывать нет никакого смысла. – И снова Николь отшатнулась в сторону, искренне надеясь, что хотя бы после этого ее оставят в покое. – Простите, целитель, я не знаю вашего имени, но вам не кажется, что вас ждут пациенты, помощь которым требуется значительно больше? – Слава Мерлину, свершилось! Этот напыщенный индюк сдался, отправившись наконец к тем, кто его действительно ждал.
Если уж чего Бертран и не могла терпеть, так это подобных мест. В больницах ей не нравилось вообще все, казалось, что это какая-то совершенная обитель боли и всего плохого, что только может быть. Заметьте, никто не приходит сюда со своими радостями, только лишь проблемами и неудачами. Это место, в которых Дементоры бы впали в такую гремучую тоску, что вряд ли бы когда-нибудь смогли бы вернуться к себе на службу. Именно здесь люди слышали, насколько мало времени им оставалось провести со своими близкими, здесь проживали свои последние часы и здесь оставались навсегда, больше никогда не увидев столь любимый ими мир. Стоит ли говорить, что сейчас хотелось бежать отсюда как можно дальше, желательно, не обернувшись ни единого раза? Одно дело посещать Мунго по работе, ничуть не задумываясь о том, кто все эти люди и что они тут делают, а совсем другое, когда тебя пытаются сделать пациентом.
К слову, было бы неплохо узнать, кто как раз и сделал их всех пациентами и какую цель этот идиот преследовал, вот только пока это сделать не представлялось возможным. Была, конечно, парочка вариантов, но все они сейчас не слишком подходили, опять же, в виду аврала, происходящего в больнице. – Добрый день, посмотрите фамилию Селвин. – Черт ее знает, почему Николь приспичило подойти сейчас к стойке регистрации и спросить у привет-ведьмы про родственников, вероятно, головой она все же приложилась, но почему-то это показалось необходимым. – Благодарю. – Что же, хотя бы разговаривать она могла вполне адекватно, а в этом уже был большой плюс. – Какая палата? – Заходить и интересоваться самочувствием у кузена она точно не собиралась, это было бы уже слишком, но дойти до палаты все же было необходимо, хотя бы, чтобы выяснить у целителя, в каком состоянии ее братец. – И вам доброго дня. – Бертран криво улыбнулась, встретив у лестницы знакомого целителя. – Все в порядке, просто перелом руки.

+4

7

Сейчас Мунго больше всего походило на филиал сумасшедшего дома. Когда Нотт еще работал сам целителем, он отчасти даже любил такие моменты. Они трудились в поте лица, иногда даже не находя время на банальный перекур или чашку кофе. Но это была работа на адреналине, и она действительно приносила удовольствие. Сейчас все было несколько по-другому. Эдвард получил письмо еще до того, как в госпиталь стали пребывать первые пострадавшие при нападении на Дырявый котел. И теперь, помимо того, что ему нужно было проконтролировать, что все работало слаженно, быстро и успешно, чтобы целители справлялись с потоком пациентов, но еще и уладить одно маленькое недоразумение. К сожалению, выжившее. Наверное, сейчас главный целитель знал о случившемся несколько больше, чем те же представители Министерства, которые неминуемо нагрянут в Мунго, пытаясь совать свой нос везде и всюду, лишь бы хоть что-то вынюхать. Нотт спокойно относился к чиновникам, со многими сотрудниками Министерства магии был знаком лично и с некоторыми даже дружил, но терпеть не мог, когда кто-либо со стороны пытался диктовать свои правила на его вотчине, коей и был этот госпиталь. После разрухи и увядания, в котором пребывала больница на момент получения Эдвардом должности, сейчас можно было с уверенность заявить, что Мунго было не узнать. И в этом не было ни малейшей заслуги Министерства, а, следовательно, не им тут насаждать свои порядки. Это если мягко и вежливо говоря.
Отправив пергамент в огонь камина, мужчина поднялся из-за стола, затушил окурок в пепельнице, и покинул свой кабинет. Основной удар, если так можно выразиться, придется на первый этаж, горячо любимый самим Ноттом, ведь именно там он прошел свой путь от стажера до главы этажа, чтобы потом покинуть и его, перебравшись в кабинет просторнее, в объятия бюрократических проволочек, тонны бумаг и выслушивания неадекватных жалоб отдельных пациентов. Но, сейчас речь точно не об этом. Первые пациенты уже начали поступать, привет-ведьма пока справлялась, но и она наверняка прекрасно понимала масштабы грядущей трагедии. Палат бы хватило, а с остальным они разберутся. Секретарь Нотта уже отправила срочные письма с совами ко всем целителям, у которых были выходные или отгулы. - Поставьте в первые три палаты дополнительные койки. И передайте зельеварам, чтобы были готовы, запасов может и не хватить, - да тут на одном костеросте можно будет сделать годовой план. Эдвард прошелся по первому этажу, пару раз остановившись, чтобы коротко ответить на работы родственников пострадавших, которые умудрялись появляться здесь чуть ли не раньше, чем их раненые близкие. Никогда Эдвард не любил общаться с этими людьми, а в особенности выражать соболезнования, благо пока что до этого еще не дошло.
- Я услышал кто вы и откуда с первого раза, господа, - Нотт немного устало и равнодушно взирал на двух весьма юных авроров, решивших, что одно лишь наименование их должности, откроет перед ними все двери. Не тут-то было. - Если Вы не в курсе, то здесь не кабинеты Министерства, а больница. Мои люди спасают жизни. И не Вы, ни кто-либо другой мешать им не будут. Вы можете находиться в здании Мунго, но вход в палаты строго воспрещен. Для всех, кроме целителей. Я достаточно понятно изъясняюсь? - Эдвард не сомневался, что в скором времени здесь появятся и другие представители Аврората, птицы, как говорится, более высокого полета. Но главного целителя это нисколько не смущало. Потому что если он решил, что его сотрудникам никто не будет мешать работать, значит так оно и будет.
Нотту необходимо было встретиться еще с одним человеком, но до времени встречи было еще чуть более получаса, и пока мужчина планировал лишь понаблюдать за происходящим, и, конечно же, именно в этот момент ему просто необходимо было столкнуться с Бертран. - Что с рукой? - такое себе приветствие, но вот рука его волновала куда больше, - Просто перелом? - Эдвард вопросительно посмотрел на Николь, а затем снова на ее руку, - Да, спасибо, я в курсе, что мисс Бертран отказалась от помощи целителей. - Нотт практически отмахнулся от подоспевшего целителя, явно желавшего тут же доложить начальству, что прогуливающаяся по этажу пациентка со сломанной рукой - это не его халатность. - Идите со мной, Николь, - особо слушать возражения мужчина не собирался, направившись к ближайшему шкафу с медикаментами, - Костерост, бинты, мазь, чтоб следов от ссадин не осталось. Вроде бы все. Сами выпьете, надеюсь?

+2

8

Пострадавшие все прибывали. В коридоре то и дело слышался мерный звон каталок и тележек с лекарствами, изредка раздавались чьи-то стоны, приглушенные толщиной стен, но, очевидно, целители держали ситуацию под контролем: признаков паники Элис пока не замечала. Но сказать того же о своем собственном настроении она не могла. Пускай братец отнекивается и отмахивается сколько угодно – она видела, что ситуация вполне серьезна. Повреждение головы – куда уж хуже? И целители, как нарочно, взяли и забросили его, будто был в этом здании кто-то поважнее. Здравый смысл подсказывал, что просто так без присмотра серьезно раненного пациента никто бы не оставил, тем более, без серьезных на то причин. Буквально несколько недель назад Элис и сама была в больнице в качестве пациентки, и ее травмы были куда менее серьезными: пара синяков и ссадин. Возле нее едва ли не круглосуточно дежурили целители и сестры. Очевидно, сейчас они все были заняты кем-то, кому помощь требовалась еще больше, чем ее брату. Но ей почему-то казалось, что все в жизни вдруг стало происходить нарочно, чтобы ее расстроить и лишить опоры. Вот и сейчас дурацкие целители специально занимаются ворчливыми старухами и сопливыми подростками, лишь бы только не лечить одного из немногих ее близких.

— Все хорошо. Это простые физические повреждения.

― Чушь не неси! ― вспылила Элис. ― Вижу, какие простые.

Что это он еще удумал? Простые физические повреждения, видите ли, ему нипочем! А что, спрашивается, ему вообще нужно, чтобы начать волноваться за свою шкурку? Элис редко ругалась или поучала кого бы то ни было, считая свой жизненный опыт слишком уж мелким, чтобы учить других, но сейчас почему-то взвилась и уже не могла остановиться. Слишком уж несмышленым ребенком, не заботящимся о собственном здоровье, казался ей почему-то брат, хоть и был постарше нее.

— Элис, все хорошо. Ничего страшного, я пострадал не так сильно.

― Ну да, головы ведь всем подряд перевязывают, ― ворчала она, встав на вполне приятные рельсы. ― Может, это такой новый метод, чтобы непредусмотрительных дуралеев лечить? Или тебе надо бы, чтобы голова от шеи совсем отделилась? Знаешь, мне говорили, что такое и к смерти приводит. Или, может, руки-ноги надоели? Так не стесняйся, гуляй почаще по опасным местам!

И почему только у него такое спокойное выражение лица, будто на него не ругается маленькая истеричка, а вокруг просто белый шум с черно-белыми картинками? Порядком подустав от своей тирады, она вновь плюхнулась на краешек кровати и, внимательно пощупав на предмет перевязок и гипсов, легонько приложилась головой к его груди, как маленькая. Почему ей приходится быть взрослой и принимать какие-то решения, когда ей так хочется самой иметь рядом кого-то взрослого? В детстве она часто вот так вот прикладывалась к папе, чтобы почувствовать себя защищенной. Сейчас же ее мучили сонливость и чувство полной беспомощности.

—  Ты не знаешь, что произошло? Я помню только, как кто-то ворвался в «Дырявый котел» и начал без разбору нападать на посетителей.

Элис слегка обмерла, услышав подобное. Конечно, «Дырявый Котел» был, по всеобщему мнению, совершенно безопасным местом. Она и сама частенько посиживала там за чашкой чаю с кусочком пирога, но с ней почему-то ничего подобного не случалось. А братец не так-то часто посещал магический Лондон, и умудрился нарваться на какие-то проблемы.

― И это средь бела дня в главном волшебном пабе? ― Элис поверить не могла в услышанное. ― Но почему? И что? Кто-то просто решил поразвлечься или эти люди искали кого-то конкретного? Я была дома… мне не спалось. Уже хотела ложиться, и тут вдруг сова из больницы, ну я и…

— И нужно спросить, можно ли мне уже уйти. У них и так дел невпроворот, судя по звукам.

― Уйти? Куда это еще уйти? ― суетливо подняла сонные глаза Элис и поспешно уперлась обеими руками братцу в грудь, чтобы и не думал вставать и куда-то собираться. ― Нельзя тебе уходить. Вдруг тебе дома станет хуже?

Только сейчас она обратила внимание на то, насколько он худой: каждое ребро прощупывалось даже сквозь одеяло.

― Может, тебе принести пирожков? Конечно, не из Дырявого Котла… ― неловко улыбнулась Элис, но тут их милое уединение прервал голос, услышать который она здесь и сейчас уж точно не ждала.

- Какая очаровательная сцена… Я бы умилился, если бы умел это делать.

Зажмурившись от неприятного ощущения, будто съела что-то горькое, Элис с трудом уговорила себя обернуться, но уже точно знала, что увидит. Да, все такой же надменный, неприветливый и насквозь пропитанный неискренностью Розье.

― А ты что здесь забыл? ― грубо спросила она, стыдливо пряча ладони в карманы. ― Ни за что не поверю, что ты обеспокоился чьим-то самочувствием.

В последний раз они виделись еще до того, как стали известны последствия ее маленького интимного приключения, но сейчас ей было не до того, чтобы прятаться и смущаться. В конце концов, на ней сейчас лежала ответственность за беспомощного брата.

― Что такого умильного в том, чтобы навестить больного близкого человека? Или тебе это чуждо?

+3

9

Сестра была слишком взволнована и переживала. Последний раз такой Итан видел ее в далеком детстве. Даже в школе ее поведение было относительно более спокойным, даже когда они почти перестали разговаривать. А дома… дома просто все сошло на нет. Во многом Итан был инициатором этого отдаления. Ни к чему было Элис знать, ни к чему было сближаться. Юноша ловил себя на позорной мысли, что слишком трепетно относится с сестре. Это чувство пугало его, а потом и вовсе заставило бежать прочь. Не так должен был вести себя брат.
Дернув неудачно рукой. Итан ощутил резкую боль. Она длилась всего секунду, но от нее он невольно поморщился, как от зубной или головной боли. Мда, видимо лежать ему тут до утра. А ведь нужно бы предупредить в магазине, что он не придет, не сможет сегодня взять заказ. Глаза поискали сумку, которая была на стуле в противоположной стороне.
— Не такие серьезные, раз я с тобой разговариваю, — нехотя и резко отрезал Итан в ответ на замечание.
Он действительно не считал, что пострадал так уж сильно. И то по собственной глупости и невнимательности. Болело все не так сильно, не смертельно. Итан не раз замечал за собой, что достаточно терпим к боли, особенно если к ней действительно привыкнуть. Небольшая тяжесть в голове, которая рано или поздно перейдет в головную боль, раненная рука… Все это, право, было мелочами. Итан прекрасно понимал, что все сложиться могло куда печальнее.
— Я был всего лишь в Дырявом котле, Элис. Успокойся. Господи, ты умеешь раздуть из мухи слона, — проворчал Итан, невольно используя в речи магловскую поговорку. Он тоже потихоньку начал заводиться из-за слишком взволнованной Элис, которая словно передавала раздражение по воздуху. Сам факт ее присутствия жутко радовал и волновал, а одновременно с этим хотелось, чтобы она шла куда подальше. Просто не приближалась к нему. Итан вздохнул тяжко от таких противоречивых чувств.
Легкое прикосновение головы к груди, а затем ощущение ладоней на груди. Итан прикрыл глаза, взывая к терпению. Он даже слов найти не мог, чтобы ответить сразу на все вопросы, которые обрушивала на него Элис. То одно, то другое, удивление и… можно было полностью сдаться.
— Элис, — как можно более мягче сказал Итан, — не могла бы ты…
Эван! Тут можно было применить куда более прекрасный нецензурный эпитет, но Итан сдержался, взглянув на фигуру в дверном проеме. Про себя прошептав молитву о терпении, он нехотя ощутил как руки Элис легко, но быстро оторвались от его груди, а она сама сделала вид, словно ее только что застукали за чем-то явно нехорошим и личным. Итан вновь перевел на поистине красивую и наглую рожу Эвана, скептически приподнимая бровь.
— Что ты, Элис. Я думаю, что он тоже хочет, чтобы его невеста прильнула к его груди…. Прошептав что что-то мило, раз он на это не способен.
Итан вздохнул, пожал плечами и снова поморщился. Затем, не мешкая, дотянулся до волшебной палочки, которая лежала подле него на тумбе. Взмахнув ею, он приказал сумке прилететь к нему. Сердце более менее успокоилось, ситуация стала не столь опасной, поэтому можно было немного заняться делами. Первое, что Итан сделал с большим трудом – завязал себе волосы в небольшой хвост на затылке. Руку саднило. Ей явно не нравилось, что приходилось выполнять лишние движения. Итан проигнорировал это, оставаясь совершенно спокойным. Во время перевязки волос палочка оказалась во рту, как Селвин привык это делать. После уже палочка плавно перетекла за ухо, а Итан начал искать в портфеле одну вещь. Помимо бумаг из министерства, были еще бумаги из магазина. Вот именно их и пришлось зачаровать, коснувшись палочкой листов. Надписи исчезли. От греха подальше, раз здесь объявился Эван.
То, что его товарищ здесь — заслуга явно Элис, а не его, который лежит на больничной койке, как тяжело раненный. По крайне мере, это самая верная догадка. Или этот черт просто приперся ради того, чтобы что-то ему передать. Впрочем, это было не сильно важно. Итана не волновали причины возникновения Розье здесь.
— Раз я тут застрял, и ты меня никуда не пускаешь — не принесешь сменной одежды? — Как ни в чем не бывало попросил Итан Элис, будто Эвана тут и не было. Все свои вещи он вновь сложил в  сумку, а палочку оставил на привычном месте — за ухом. Хоть это было не самое разумное, зато самое удобное хранение. И пока палочка не высказывала неудовольствия находиться на отведенном ей месте. По крайне мере, ухо его не пострадало за все годы подобной диктатуры перед волшебным предметом. На неожиданного гостя Итан старался меньше обращать внимания, а сестру — успокоить и хоть как-то показать, что он и правда в норме. Хоть видимость этого.

Отредактировано Ethan Selwyn (2018-04-12 23:31:13)

+1

10

Морт всегда отличался своей любовью к приключениям на свою тощую задницу, а значит, в больнице бывал немного чаще, чем среднестатистический маг.  В этот же раз все перевернулось с головы на ноги и знаменитый в желтых стенах Мунго мистер Крейн…. Пришел по собственной воле. Не найденный от тяжкого недуга, без травм и  черных перьев в заднице, с целыми руками, ногами и остальными частями тела. Он просто… взял и пришел закидывая свой зад на ресепшен.

- Приветствую, Мел – промурлыкал словно довольный кот душевнобольной, а скорее душелешенный мужчина. Даже не так, он скорее проворковал, словно бы за его спиной не было огромной очереди больных и совершенно никто не стонал вокруг от полученных травм. Крейна это все равно никаким боком не касалось.

- Крейн! – она даже прикрыла свои очаровательные губки такими же очаровательными пальчиками, - а ну брысь отсюда! Мне совершенно некогда отвечать на твои выходки! Ты что не..

- цыц, цыц, цыц дорогуша – качнув своим длинным пальцем, мужчина лишь улыбнулся, усаживаясь удобнее – я ведь не просто так. По делу!

- если опять выносить мозг… - ее грозный взгляд даже заставил задуматься. Нет, вроде бы в планах выносить, чей-то мозг у него еще не было, как впрочем, и украсть очаровательную медсестричку в ближайшую подсобку. Потрепанный и использованный товар дважды в магазин не принимается. Маг даже заливисто хихикнул собственной прекрасной шутке

- нет-нет нет – активно жестикулируя, молодой человек даже для правдоподобности покачал головой, попутно отодвигая какого-то возмущенного мага, - я к Берримору. Еже…полугоднее обследование и по расписанию. Кстати, Нотта не видела?

Мелиса тут же уткнулась в какие то свои бумаги, палочкой сдвинув мага еще правее. Может быть еще чуть-чуть и у тебя будет возможность полетать, а Крейн? Впрочем, это не лучший способ вызвать рейни и попытаться воззвать к его благоразумии… О, всевышние панталоны Мерлина?! – блуждающий по холлу взгляд румына застыл на миниатюрной голубой бабочке  с черными узорами. Любопытно. А она настоящая, зачарованная или просто очарованная кем-то? Любопытно, а если она сейчас взмахнет крыльями, то начнется в Японии Торнадо? Или же теория хаоса не действительная в пределах зачарованной больницы? А если снять защиту? Начнется ли торнадо моментально? Или же по нарастающей.

- Морт! Мортон! Ты меня вообще слушаешь??? – черные глаза вновь вернулись к блондинке- Берримор сейчас в своем кабинете, а Нотт где-то бегал по этажам. Ты и сам видел, какой сейчас аврал… Морт! – Она даже высунулась из-за стойки, когда заметила уже отсутствующего мага, - ты куда пошел?? Берримор выше!

- Не беспокойся Мэл! – снять шляпу в поклоне, продолжая свой путь уже задом наперед – я не сделаю ничего опрометчивого, всего лишь найду Нотта – и вновь улыбка от уха до уха, под возмущенно-обреченный вздох девушки.
- Последний раз, когда ты так говорил – взорвал свою палату  и три ближайших отделения!

- но согласись было весело?

Отредактировано Morton Crane (2018-04-19 17:58:49)

0


Вы здесь » Marauders. Via Dolorosa » НЕПРЕЛОЖНЫЙ ОБЕТ » Saving Lives